Буквально вчера в телеге читал аналитику по этому вопросу:
А теперь 10 раз почему перенос ДЦ в бомбоубежища — глупость:
1. Тепло некуда девать. ЦОД превращает почти всё потребляемое электричество в тепло, это мегаватты непрерывно. Под землёй его надо выводить наверх через чиллеры, градирни и сухие охладители, которые стоят на поверхности и уязвимы так же, как раньше. Грунт сам по себе тепло почти не отводит и за месяцы прогревается. Вентиляционные шахты нужны большого сечения, и это тоже уязвимые точки.
2. Электричество приходит с поверхности. Крупный ЦОД потребляет десятки мегаватт: ЛЭП, своя подстанция, трансформаторы. Если ударить по подстанции, бункер не поможет. Дизель-генераторам нужны забор воздуха, выхлоп и запас топлива. Держать их под землёй сложно и опасно, а наверху они такая же мишень.
3. Связь тоже на поверхности. Ценность ЦОДа в подключении к магистральной оптике и точкам обмена трафиком. Кабельные коллекторы, колодцы и узлы присоединения остаются снаружи. Машинный зал можно закопать, сеть нельзя.
4. Бомбоубежища для этого не подходят. Это небольшие помещения с низкими потолками. Перекрытия рассчитаны на людей, а не на стойки весом под тонну каждая. Нет места под фальшпол, кабельные трассы и кондиционеры. Сырость, протечки, грунтовые воды и затопления губят электронику. Проёмы и лестницы не позволяют завезти крупное оборудование вроде ИБП, трансформаторов и чиллеров. Юридически это объекты гражданской обороны со своим режимом, и полностью перепрофилировать их нельзя.
5. Масштаб. Современный коммерческий ЦОД занимает тысячи стоек и десятки тысяч квадратных метров. Подземных объёмов такого размера готовыми не существует, их надо копать заново.
6. Деньги и сроки. Подземное строительство в разы дороже наземного и занимает годы: проектирование, геология, гидроизоляция, согласования. При высокой ключевой ставке и дорогом кредите такие проекты не окупаются. Рынок ЦОДов в России и так упирается в нехватку денег и мощностей.
7. Санкции и оборудование. Серверы, СХД, ИБП, системы охлаждения в основном импортные и завозятся через параллельный импорт дорого и с задержками. Строить новые объекты не из чего, а переносить старое оборудование рискованно: при перевозке часть выходит из строя, запчастей мало.
8. Переезд означает простой. Миграция работающего ЦОДа делается месяцами и требует второй площадки, куда сначала переносят нагрузку. Для банков, госсервисов и операторов остановка недопустима, значит нужно строить параллельно, то есть удваивать затраты.
9. Нормы и безопасность. Газовое пожаротушение, эвакуация персонала, дымоудаление, требования к подземным сооружениям. Под землёй всё это сложнее и дороже, а сертифицировать такой объект по стандартам надёжности тяжелее.
10. Это решает не ту задачу. Защищённый машинный зал не спасает от удара по энергосистеме, связи или охлаждению. Дешевле и эффективнее резервирование: несколько географически разнесённых площадок, репликация данных, автоматическое переключение нагрузки. Отрасль идёт этим путём, а не в бункеры.
Может тогда перенесем инфраструктуру в Сибирь? Туда дроны хотя и долетают, но не так интенсивно.
Вот десять пунктов, что и это плохая идея:
1. Задержки. Основные пользователи и сервисы сосредоточены в Москве и европейской части страны. До Новосибирска около 3 тысяч километров, до Иркутска больше 4 тысяч, это десятки миллисекунд на каждый запрос туда и обратно. Для платежей, биржевой торговли, игр, видео, баз данных с частыми обращениями это заметная деградация. Многие системы, особенно банковские, просто не рассчитаны на такую задержку между приложением и данными.
2. Узкое горло магистралей. Через Урал проходит ограниченное число магистральных оптических трасс, в основном вдоль железных дорог и трубопроводов. Их ёмкости не хватит, если перенести туда существенную часть нагрузки. Новые трассы стоят дорого и строятся годами. И главное, эти трассы на всём протяжении до Москвы остаются уязвимыми.
3. Энергодефицит. Дешёвая гидроэнергия в Сибири давно распределена: алюминиевые заводы, промышленность, майнинг. На юге Сибири, в частности в Иркутской области, уже есть дефицит мощности, из-за которого ограничивают майнинг. Для новых ЦОДов нужны новые генерация, подстанции и сети, это годы и большие деньги. Маловодные годы снижают выработку ГЭС.
4. Дальность беспилотников растёт. Зона досягаемости уже вышла далеко за пределы приграничья и продолжает расширяться. Объект, который сегодня кажется глубоким тылом, через пару лет может оказаться в зоне поражения, а ЦОД строится на 15–20 лет эксплуатации.
5. Кадры. ЦОДу нужны инженеры по электрике, охлаждению, сетям, круглосуточные смены. В Сибири вне крупных городов таких людей нет, их придётся переманивать и платить больше. Крупные города вроде Новосибирска и Красноярска рынок труда не решают полностью.
6. Клиенты хотят быть рядом. В колокейшн клиенты ставят собственное оборудование и регулярно ездят его обслуживать. Компании из Москвы не будут летать в Сибирь менять диск или подключать новый сервер. Удалённые руки площадки частично решают это, но не полностью.
7. Логистика оборудования. Серверы и запчасти и так идут через параллельный импорт с задержками. Доставка вглубь страны добавляет время и стоимость, а при поломке сервис и замена растягиваются. Для крупного оборудования вроде трансформаторов и чиллеров нужен отдельный транспорт.
8. Климат. Холод помогает охлаждению, это плюс. Но строительный сезон короткий, морозы в минус 40 осложняют работу дизель-генераторов и наружного оборудования, а летом в Сибири бывает жара за 35 градусов, так что системы охлаждения всё равно нужны полноценные.
9. Деньги и сроки. Строить ЦОД с нуля вместе с энергетикой, связью и жильём для персонала дороже и дольше, чем в Подмосковье. При дорогом кредите и сжатом рынке капитала такие проекты не окупаются без государства, а у государства тоже ограниченные ресурсы.
10. Уязвимость всё равно остаётся в Москве. Точки обмена трафиком, основные узлы связи, головные офисы, пользователи и платёжная инфраструктура находятся в европейской части. Удалённый ЦОД без работающей связи и узлов в Москве бесполезен. Сибирская площадка годится как резервная копия, но не как замена основной инфраструктуре.
